Пятница , 20 Октябрь 2017
Вы здесь: Главная | Библиотека | Статьи | Археология | ИЗУЧЕНИЕ РАННЕСРЕДНЕВЕКОВЫХ ПОСЕЛЕНИЙ СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО КАВКАЗА (ПО МАТЕРИАЛАМ КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕССИИ)

ИЗУЧЕНИЕ РАННЕСРЕДНЕВЕКОВЫХ ПОСЕЛЕНИЙ СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО КАВКАЗА (ПО МАТЕРИАЛАМ КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕССИИ)

ИЗУЧЕНИЕ РАННЕСРЕДНЕВЕКОВЫХ ПОСЕЛЕНИЙ СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО КАВКАЗА (ПО МАТЕРИАЛАМ КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕССИИ)

У.Ю. Кочкаров

Эпоха раннего средневековья является одной из самых интересных страниц истории народов Северного Кавказа. Она с давних пор привлекала и продолжает привлекать внимание специалистов.

Древности и памятники этого времени встречаются повсеместно. Несмотря на то, что первые описания наиболее крупные и яркие, появились в научной литературе еще в конце XVIII в. и в наше время археологи продолжают находить новые памятники и закладывать раскопы на еще неисследованных (нетронутых учеными) городищах, поселениях и могильниках.

Западное Предкавказье в эпоху средневековья было заселено несколькими крупными этническими группировками, среди которых, начиная с VIII в. заметное место занимают тюркоязычные этносы, в частности древние болгары (проболгары) и близкородственные им Хазары. Последние образовали и возглавили крупное государственное объединение – Хазарский каганат,i включивший в орбиту своего влияния предгорья и горные районы Западного Предкавказья. Десятки открытых памятников (мощных крепостей, поселений, могильников) принадлежали этим народам, размещаясь среди (или рядом) с поселениями других народов (местных кавказских алан и др.).

Объектом данной статьи являются средневековые памятники, расположенные на территории современной Карачаево–Черкесии.ii Этот регион заселен с древнейших времен. Благоприятные природные условия, большое количество осадков, выпадающих в разные периоды года, развитая речная система, богатые сырьевые запасы разнообразных руд способствовали развитию здесь многоотраслевого хозяйства. Но особенно интенсивной была жизнь в эпоху раннего средневековья, что документируется многочисленными памятниками материальной культуры. В указанный период Карачаево-Черкесия была одним из наиболее развитых в социально-экономическом и культурном отношениях районов Северного Кавказа.

Культура остатков многочисленных средневековых поселений, несомненно, интересна в археологическом отношении, а изучение ее крайне важно для решения многих историко-культурных проблем Северного Кавказа в целом.

Начало археологического изучения рассматриваемой части Северного Кавказа было положено в конце XVIII. Памятники этого региона изучали и частично опубликовали данные своих наблюдений путешественники, чиновники, краеведы и ученыеiii. Однако никто из них не брался за трудоемкие, не дающие, как правило, эффективных результатов и находок исследования поселений. И до революции поселения не раскапывались.

Первым ученым, специально занявшимся археологическими раскопками средневековых поселений, была Т.М. Минаева. В 1939-1940 гг. она приступила к раскопкам одного из интересных археологических комплексов изучаемой территории — Гилячского городища, расположенного к югу от города Карачаевска. Работы на нем были прерваны войной, возобновлены в 1960 году. И велись с перерывами до 1968 года. На нем были исследованы, оборонительные, культовые и другие объекты (Минаева, 1965. С. 61 – 64; Минаева, 1969. С. 123 – 134).

Кроме того, Т.М. Минаева проводит большие раскопки на городище Адиюх. Многолетние раскопки Адиюхского городища дали богатый материал по культуре алан VIIIXII вв. В 1951 г. Т.М. Минаева приступает к раскопкам другого, не менее интересного Кубинского городища, которые велись в 1951, 1956, 1959 гг. На городище были открыты, в первые на территории Карачаево – Черкесии, полуземлянки и землянки, изучена мощная оборонительная система поселения (Минаева, 1960. С. 156 –188).

В течении трех лет (1956, 1958, 1959 гг.) Т.М. Минаевой были исследованы поселения в устье реки Узун – Кол, в верховьях Уллу – Кама. Здесь также были открыты и изучены оборонительные сооружения, жилища, загон для мелкого рогатого скота, могильник (Минаева, 1960).

В 1967 г. Т.М. Минаевой производились раскопки Инджур – Гатинского городища. На городище была открыта и изучена оборонительная стена, сооруженная по периметру городища, крепостная стена цитадели и двухэтажная башня – основное сооружение цитадели. Т.М. Минаева датировала памятник IX – XI вв.

В целом следует признать, что работы Т.М. Минаевой дали большой и очень ценный материал о поселениях изучаемого региона.

Другим крупным исследователем, интересы которого были связаны с древней и средневековой археологией изучаемой территории является один из ведущих археологов Северного Кавказа Е.П. Алексеева. Она, начиная с 1951 г., систематически и самоотверженно вела изучение археологических памятников Карачаево-Черкесии разных эпох.

В 1960 году Е. П. Алексеева производила раскопки на Кызыл-Калинском и Римгорском городищах (Алексеева, 1971).

В 1963 – 1964 гг. Е.П. Алесеева начала исследования Хумаринского городища, заложив на нем несколько небольших раскопов (Алексеева, 1971. С. 53 – 55, 132 – 135).

Результаты своих многолетних исследований Е.П. Алексеева обобщила в серии книг, посвященных актуальным вопросам истории археологии Карачаево-Черкесии. Ее перу принадлежит капитальный труд «Древняя и средневековая история Карачаево-Черкесии», являющийся фактически первым обобщением материалов о древностях и истории народов Карачаево-Черкесии.

Третьим крупным исследователем археологических памятников этого района является В.А. Кузнецов. Он особенно много сделал в изучении памятников Зеленчукского района Карачаево–Черкесии. В 1952–1953 гг. он в составе экспедиции Пятигорского госпединститута вел разведки и раскопки памятников по рекам Большой Зеленчук, Кривая и Кяфар (Кузнецов, 1954. С. 345 – 351). В течение многих лет, начиная с 1960 г. В.А. Кузнецов вел раскопки Нижне-Архызского городища. Здесь им открыты и исследованы самые разнообразные объекты, начиная от христианских храмов до жилых и хозяйственных построек.

В.А. Кузнецовым были проведены серьезные работы на поселениях в районе Кисловодска, в частности на Римгорском и Терезинском (Уллу – Дорбунла) городищах (Кузнецов, 1961. С. 205 – 216). Результаты своих исследований он отразил в ряде крупных монографий и десятке статей, посвященных, главным образом, истории и культуре алан Северного Кавказа (Кузнецов, 1971; Кузнецов, 1984 и др.).

Таким образом, благодаря усилиям названных трех ведущих археологов проделана большая работа по изучению средневековых поселений региона.

Кроме этих исследователей многие годы изучением средневековых памятников Северного Кавказа, в том числе рассматриваемой территории, занимается В.Б. Ковалевская. Особенно интересны ее раскопки в 1975 – 1976 гг. на городище «Указатель» в Малокарачаевском районе Карачаево-Черкесии. В.Б. Ковалевская изучила сложную систему оборонительных сооружений, цитадель, памятники культа, жилище, хозяйственные постройки городища.

Разведками В.Б. Ковалевской в разные годы в Малокарачаевском районе в долине Эшкакона обнаружено большое количество средневековых поселений. (Ковалевская, 1978. С.122 – 123, Ковалевская, 1981. С. 84 – 85; Ковалевская, 1984. С. 147).

Полезную работу по изучению средневековых памятников окрестностей г. Кисловодска и Малокарачаевского района Карачаево – Черкесии в течение многих лет проводил А.П. Рунич. Он обстоятельно и детально описал крепостные, культовые, жилые и общественные постройки Римгорского городища (Рунич, Михайлов, 1976. С.161 – 182).

Изучением средневековых поселений вышеназванного района занимался также Г.Е. Афанасьев. Им были изучены оборонительные сооружения, планировка, жилище и хозяйственные постройки городищ, района Кисловодска (Афанасьев, 1975. С. 53 – 61).

В 1970 – 1980 гг. разведки и раскопки в верховьях Кубани проводил Я.А. Федоров. В частности его экпедиция работала на поселениях в урочище Сынлаарты. Здесь им изучены остатки каменных построек и погребальных памятников (Федоров, Эльканов, 1979. С. 68 – 73).

В 1978 г. отряд Донской экспедиции ИА АН СССР, возглавляемый И.С. Каменецким, изучал памятники верховьев Большой Лабы, Теберды, Аксаута (Зельдина, Каменецкий, Пушкина, 1979. С. 127). В 1979 г. отряд Северокавказской экспедиции ИА АН СССР провел разведки в долинах Теберды, Аксаута, Уллукама и Учкулана (Рябова, 1980. С. 175)..

В 1981 – 1982, 1989 гг. У.Ю. Эльканов проводил раскопки Нижне — Архызского городища (Эльканов, 1984. С. 137 –138). В 1983 – 1984 гг. В.Н. Каминский и И.В. Каминская начали раскопки Первомайского городища (Каминская И.В., Каминский, 1986. С. 54 – 55; Каминский, 1984. С. 74 – 75).

Исключительно важное значение имеет изучение Хумаринского городища в Карачаево-Черкесии, являющегося одним из крупнейших среди средневековых памятников Северного Кавказа. Оно стало привлекать к себе внимание путешественников и археологов сразу же после включения Карачая в 1828 г. в состав Российского государства. Во второй половине XIX-начале XXвв. им интересовались известные кавказоведы А. Фиркович, Е.Д. Фелицын, В.М. Сысоев, Н.Е. Талицкий, А.Н. Дьячков-Тарасов, но, как правило городище изучалось и описывалось только в сочетании с другими памятниками верховьев Кубани. В 1960 году в процессе разборки местным совхозом великолепного строительного камня из крепостных сооружений городища рабочими были случайно обнаружены высеченные на каменных блоках древнетюркские рунические надписи. В 1960-1962 гг. изучением этих и новых находок занялся В.А. Кузнецов, издавший их в большой статье-первой серьезной работе, посвященной памятнику. Автор первым определил значение Хумаринского городища как выдающегося археологического памятника периода становления феодализма на юге нашей страны. Он высказал предположение о тюркском характере рунических надписей, найденных на городище, и дал обстоятельное описание памятника, датировав его X-XI вв. Однако раскопок на городище В.А. Кузнецов не вел (Кузнецов, 1963). В настоящее время Хумаринские надписи изучены И.Л. Кызласовым считающим, что они нанесены так называемым «кубанским» письмом, которым очевидно, пользовались болгары (Кызласов, 1994. С. 15-65).

Только 1974 г. археологическая экспедиция Карачаево-Черкеского НИИ, возглавляемая Х.Х. Биджиевым, и экспедиция ЛГУ, руководимая А.В. Гадло приступила к планомерному систематическому исследованию городища. В последние годы памятник исследовался Х.Х. Биджиевым — руководителем Карачаево-Черкесской экспедиции в течение 1977, 1979, 1980, 1983 полевых сезонов.

На протяжении более двадцати лет выявлением и планомерным изучением раннесредневековых поселений Карачаево – Черкесии и Центрального Предкавказья занимался Х.Х. Биджиев (Биджиев, 1982, с. 59 – 83).

В течение 1974 – 1987 гг. экспедицией КЧНИИ проводились раскопки Хумаринского (Биджиев, 1983), Кяфарского (Биджиев, 1987) и Римгорского городищ (Биджиев, 1987), а также Джамагатского поселения в Карачаево – Черкесии. Особенно плодотворны результаты многолетних работ в Хумаринском городище.

Изучение других поселений Карачаево – Черкесии сопровождалось зачисткой культурных остатков, закладкой шурфов, съемками и картографированием (Биджиев, 1982). Такие работы были проведены на более чем в 100 городищах и поселениях в течение 1969-1989гг. в верховьях Кубани, Теберды, Кумы, Подкумка, БольшогоЗеленчука. Были изучены и зафиксированы Каракентское, Первомайское, Красновосточное, Байталчапканское, Красногорское, Клевцовское, Терезинское, Амгатинское, Курлукское, Балашовское, Инджургатинское, Кызыл – Калинское и многие другие памятники.

Ценность их в том, что во многих из них, расположенных в труднодоступных местах, хорошо сохранились остатки оборонительных, жилых и хозяйственных построек, которые очень важны для изучения общественной жизни, топографии, планировки, материальной культуры и других аспектов поселения (Биджиев, 1989. С. 23 – 24).

Одно из таких поселений было обнаружено поблизости от Хумаринского городища и раскинулось юго-западнее от него на 2 км. Поселение расположено на горном плато находящемся на левом берегу Кубани. С восточной стороны поселение защищено скалой, подняться на которую не представляется возможным. С западной стороны, по всей длине, оно ограничено скалой образующей естественную ступеньку, возвышающуюся над территорией поселения в некоторых местах на 2, а местами на 3,5-4 м. С южной и северной стороны поселение защищают труднодоступные подъёмы, на которых встречаются выходы скальной породы, возвышающиеся от 1 до 2 м, что еще более затрудняет подступы к поселению.

Два близлежащих к поселению источника воды это Кубань и маленькая речка с бьющим рядом родником, протекающая по ущелью к западу от поселения. Этот источник воды, находиться на расстоянии 600 м от поселения вдоль по ущелью. К нему ведет тропа, проложенная среди деревьев. Добраться до нее очень легко. К роднику могли ходить и дети. Как нам представляется, именно из него, население в основном брало воду для своих нужд. До Кубани около 800 метров и приходиться спускаться, как сказано выше, по крутому склону, а потом подниматься с тяжелой ношей обратно.

Следует упомянуть, также, что в юго-западной части поселения имеется естественное углубление на вершине скалы, диаметром около 10 метров, где после дождей до сих пор накапливается вода. Возможно это естественное «водохранилище» тоже служило дополнительным источником воды.

В юго-восточном углу поселения возвышается гребень скалы, с которого можно визуально контролировать подходы к поселению на расстояние от 5 до 7 км. Отсюда очень хорошо просматривается Хумаринское городище. Таким образом, это скальное возвышение могло играть роль естественной дозорной, а также сигнальной башни.

Поселение занимает довольно ровное плато, тянущееся с юга к северу и немного сужающееся в северной части. Размеры поселения в наиболее широком месте достигают 250-300 метров, а в длину примерно около 550-600 м. В послевоенные годы территория памятника была распределена под огороды и распахивалась, но уже в конце 70-ых годов участки были заброшены. В настоящее время примерно по центру поселения проходит дорога, по которой жители п. Орджоникидзевский спускают с гор заготовленные на зиму запасы сена и дров.

В северной части памятника с запада к востоку тянутся два ряда больших остроконечных песчаниковых глыб расположенных параллельно друг к другу. Возможно, это остатки какой-нибудь постройки о формах и цели, с какой она была возведена, мы можем пока только догадываться.

Наши наблюдения показали, что поселение расположено в труднодоступном и стратегически выгодном месте, защищенном скальными выступами. Важным является и то, что при выборе места поселения население учитывало близость источников воды. Большинство памятников этого региона имеет такую же специфику расположения, что вообще было характерно для поселений изучаемой эпохи.

Массовым подъемным материалом всех поселений, как правило, является разнообразная керамика, которая служит основным источником для хронологии памятников. В центре внимания данной статьи находится керамика, происходящая с территории этого поселения.

Во время разведки в июле 2000 года в его южной половине был собран подъемный керамический материал в виде фрагментов, по которым трудно судить о формах и размерах сосудов. Однако попытаемся выделить в нем, хотя бы основные керамические группы.

Группа 1. Фрагменты сосудов

со сплошным или зональным лощением

а) Отличительной чертой этой группы керамики является хорошо отмученное, плотное тесто с примесью прозрачного кварцевого песка и блестками слюды. Обжиг равномерный черепок в изломе серый или светло-серый. Поверхность фрагментов орнаментирована лощенными вертикальными линиями. Днища этой группы с внешней стороны обильно покрыты крупным кварцевым песком с блестками слюды. Диаметр венчиков составляет 8-12 см. Они орнаментированы горизонтальными линиями лощения (рис. 1: 1-5).

Единственным экземпляром в подъемном материале является фрагмент сосуда с зооморфной ручкой. Фрагмент представлен частью самой ручкой. Она изготовлена из тонко отмученного сероглиняного теста с примесью мелкого песка и блесток слюды. Черепок в изломе серый. Орнаментального декора она не имеет (рис. 4:6).

б) Второй вид этой группы представлен фрагментами с хорошо отмученным, плотным тестом, содержащим в себе мельчайший песок также с блестками слюды. Обжиг равномерный, черепок в изломе светло-серый. Днища сосудов тоже обильно покрыты песком с прозрачным кварцитом и блестками слюды, но более мелкими, чем у первого вида. Иногда встречаются днища и без песочной подсыпки. Поверхность фрагментов орнаментирована лощеными вертикальными линиями. Диаметр единственного венчика этого варианта 12 см. (рис. 1: 7,8).

в) Фрагментов этого вида керамики найдено всего два экземпляра. Это фрагменты стенок с вертикальным лощением. Тесто хорошо отмученное, плотное с примесью мельчайшего песка и блесток слюды. Обжиг ровный, черепок в изломе оранжевый. Поверхность черепка оранжевая (рис.1: 9).

г) Наиболее яркий из всех типов керамики. Этот тип представлен в основном фрагментами стенок. Обжиг ровный, поверхность черепка серая или темно-серая. Черепок в изломе серый. Тесто хорошо отмученное, плотное без видимых примесей. Венчик орнаментирован горизонтальными линиями рифления, лощение сплошное. Диаметр венчика 8 см.

д) Фрагмент ручки (рис. 1: 10). Обжиг ровный, поверхность черепка оранжевая. Черепок в изломе оранжевый. Тесто хорошо отмученное, плотное с мельчайшими вкраплениями прозрачного кварца. Блестки слюды в тесте отсутствуют. Ручка начинается прямо с края венчика. Диаметр венчика 8 см. Лощение сплошное.

е) Керамика этого вида состоит из двух фрагментов крупных сосудов. Обжиг ровный, поверхность серая, черепок в изломе серый. Тесто хорошо отмученное, плотное с примесью прозрачного кварца. Оба фрагмента орнаментированы валиком и продольными линиями лощения, идущими чуть ниже валика (рис. 2: 11).

ж) Это тоже фрагменты крупных сосудов. Поверхность фрагментов оранжевая, обжиг ровный. Черепок в изломе серый. Тесто хорошо отмученное, плотное с блестками слюды. Орнамент представляет собой вертикальные линии лощения. Донце этого вида сосудов покрыто большим количеством мелкого песка с блестками слюды (рис. 2: 12,17).

Группа 2. Фрагменты сосудов без лощения.

а) Вид представлен черепками кухонных горшков. Фрагменты представлены в большинстве своем венчиками. Обжиг ровный, черепок в изломе серый. Тесто хорошо отмученное, плотное, содержит большое количество блесток слюды и прозрачного кварцевого песка. Орнаментального декора они не имеют. Диаметр венчиков от 6 до 12 см. (рис. 2: 13).

б) Отличительной чертой этого вида является содержание в тесте большого количества прозрачного кварцевого песка. Обжиг неравномерный, черепок в изломе оранжевый. Тесто рыхлое. Орнамент на фрагментах стенок отсутствует, возможно, из-за плохой сохранности керамики этого вида. Орнамент сохранился лишь на венчике и представляет собой вдавления по периметру венчика (рис. 2: 14).

в) Это фрагменты крупных сосудов. Поверхность черепка оранжевая, обжиг равномерный. Черепок в изломе оранжевый. Они изготовлены из плотного, тонко отмученного глиняного теста. Орнамент присутствует лишь под венчиком и представляет собой две горизонтальные линии рифления (рис. 2: 15).

г) Индивидуальной находкой в керамическом материале является фрагмент ручки котла с внутренними «ушками» (рис. 2: 17). Орнаментального декора она не имеет, изготовлена из плотного, тонко отмученного глиняного теста и имеет оранжевый цвет. Х.Х. Биджиевым во время раскопок Хумаринского тоже было обнаружено несколько фрагментов таких котлов (Биджиев, 1993).

Подводя итоги в рассмотрении нашего памятника, мы можем сказать, что поселение имеет довольно насыщенный культурный слой. Судя по преобладанию в подъемном материале серо-глиняной лощеной керамики IXX вв. поселение синхронно Хумаринскому городищу. Существенно наличие находок фрагментов лощеных сосудов оранжевого обжига, что позволяет нам уверенно датировать существование памятника вплоть до конца X в. (Плетнева, 1959.).

Для поселений рассматриваемой территории, как и для всего Северного Кавказа, характерна территориальная преемственность, что было связано с физико-географическими условиями, рельефом местности и традиционностью занятий. Вся керамика, несмотря на индивидуальные различия, является в целом проявлением одного ремесленно-художественного направления. Она связана едиными приемами орнаментации. Ее объединяет одинаковая техника нанесения полос лощения и равномерный, довольно качественный обжиг.

Высокая оригинальная культура многочисленных поселений, несомненно, интересна в археологическом отношении, а изучение ее крайне важно для решения многих историко-культурных проблем Карачаево-Черкесии и Северного Кавказа в целом. Важно продолжить и расширить фронт изучения археологических памятников, ибо богатый археологический материал является главным источником реконструкции истории народов данного региона.

Литература:

  1. Алексеева Е.П. Древняя и средневековая история Карачаево-Черкесии. М., 1971.

  2. Афанасьев Г.Е. Поселения VIIX вв. района Кисловодска. СА, 1975. № 3.

  3. Биджиев Х.Х., Гадло А.В. Раскопки Хумаринского городища в 1975 // Вопросы средневековой истории народов Карачаево-Черкесии. Черкесск, 1979.

  4. Биджиев Х.Х. Некоторые итоги исследования средневековых памятников Карачаево-Черкессии // Проблемы археологии и этнографии Карачаево-Черкессии. Черкесск, 1982.

  5. БиджиевХ.Х. Хумаринское городище. Черкесск, 1983.

  6. Биджиев Х.Х. Раннесредневековые изваяния Карачаево-Черкессии и сопредельных территорий. // Вопросы археологии и традиционной этнографии Карачаево-Черкессии. Черкесск, 1987.

  7. Биджиев Х.Х. Исследование средневековых поселений Карачаево-Черкессии и Степного Предкавказья в 1985–1986 // Вопросы археологии и средневековой истории Карачаево-Черкессии. Черкесск, 1989.

  8. Биджиев Х.Х. Тюрки Северного Кавказа. Черкесск, 1993.

  9. Зельдина В.Я., Каменецкий И.С., Пушкина Т.А. Разведки в ущельях Белой и Аксаута // АО 1978. М., 1979.

  10. Каминская И.В., Каминский В.Н. Исследования Первомайского городища в долине Большой Лабы. // XIVКрупновские чтения по археологии Северного Кавказа. Тезисы докладов. Орджоникидзе, 1986.

  11. Каминский В.Н. Скальные могильники бассейна Большой Лабы и их этническая принадлежность. XIIIКрупновские чтения по археологии Северного Кавказа. Тезисы докладов. Майкоп, 1984.

  12. Клапрот Г. Ю. Путеше5ствие по Кавказу и Грузии, предпринятое в 1807-1808 гг. // Адыги, балкарцы и карачаевцы в известиях европейских авторов XIIIXIX вв. Нальчик, 1974.

  13. Ковалевская В.Б. Разведки и раскопки на реке Эшкаконе //АО 1977 г. М., 1978.

  14. Ковалевская В.Б. Археологические исследования пребывания древних болгар на Северном Кавказе. Плиска-Преслав. София, 1981.

  15. Ковалевская В.Б. Кавказ и Аланы. Века и народы. М., 1984.

  16. Кузнецов В.А. Археологические разведки в Зеленчукском районе Ставропольского края в 1953 г. // МНИСК, 1954, № 6.

  17. Кузнецов В.А. Археологические разведки в Кабардино-Балкарии и в районе Кисловодска в 1959 г. // ССИКБ, 1961, № 9.

  18. Кузнецов В.А. Надписи Хумаринского городища //СА, 1963. № 1.

  19. Кузнецов В.А. Алания в XXIII вв. Орджоникидзе, 1971.

  20. Кузнецов В.А. В верховьях Большого Зеленчука. М., 1976.

  21. Кузнецов В.А. Очерки истории алан. Орджоникидзе, 1984.

  22. Кузнецов В.А. Нижне-Архызское городище XXII вв. – раннефеодальный город Алании // Новое в археологии Северного Кавказа. М., 1986.

  23. Минаева Т.М. К истории археологических обследований верховьев реки Кубани // УЗ СПГИ. Ставрополь, 1951. Т. VII.

  24. Минаева Т.М. Поселение Узун-Кол // СА, 1960. №2.

  25. Минаева Т.М. Раскопки святилища и могильника возле городища Гиляч в 1965 // Древности эпохи великого переселения народов VVIII вв. Советско-венгерский сборник. М., 1982.

  26. Плетнева С.А. Керамика Саркела-Белой Вежи // МИА, 1959. №75.

  27. Рунич А.П., Михайлов Н.Н. Городище Бургусант или Рим Гора. // МИСК, Ставрополь, 1986. №14.

  28. Рябова В.Я. Разведки в верховьях Кубани. // АО 1979, М., 1980.

  29. Сысоев В.М. Древности по верхнему течению р. Кубани // МАК, 1904, вып IX.

  30. Федоров Я.А., Эльканов У.Ю. Раннесредневековые памятники Верхнего Прикубанья // Археология и этнография Карачаево-Черкесии. Черкесск, 1979.

  31. Эльканов У.Ю. Раскопки Нижне-Архызского городища // АО 1982. М., 1984.

Список сокращений:

АО — Археологические открытия

МАК — Материалы по археологии Кавказа

МИА — Материалы и исследования по археологии СССР

СА — Советская археология

ССИКБ — Сборник статей по истории Кабардино-Балкарии

i Хазары – полукочевой тюркоязычный народ, входивший в VI в. в состав Тюркского каганата. После падения последнего в VII в. образовался Хазарский каганат. Археологически Хазарский каганат представлен салтово-маяцкой культурой.

ii Карачаево-Черкесия – горная область, расположенная в западной части Северного Кавказа, занимает бассейн Верхней Кубани и Верховьев Кумы и их притоков. С севера к ней примыкает Ставропольская возвышенность, занимающая центральную часть степного Предкавказья.

iii Г.Ю. Клапрот 1807-1808 гг., В.М. Сысоев 1904 г. и др.

Безымянный

Безымянный1

Вверх