Пятница , 20 Октябрь 2017
Вы здесь: Главная | Библиотека | Статьи | Археология | ИССЛЕДОВАНИЕ СРЕДНЕВЕКОВЫХ ПОСЕЛЕНИЙ КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕСИИ И СТЕПНОГО ПРЕДКАВКАЗЬЯ В 1985—1986 гг.
ИССЛЕДОВАНИЕ СРЕДНЕВЕКОВЫХ ПОСЕЛЕНИЙ КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕСИИ И СТЕПНОГО ПРЕДКАВКАЗЬЯ В 1985—1986 гг.

ИССЛЕДОВАНИЕ СРЕДНЕВЕКОВЫХ ПОСЕЛЕНИЙ КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕСИИ И СТЕПНОГО ПРЕДКАВКАЗЬЯ В 1985—1986 гг.

ИССЛЕДОВАНИЕ СРЕДНЕВЕКОВЫХ ПОСЕЛЕНИЙ КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕСИИ И СТЕПНОГО ПРЕДКАВКАЗЬЯ В 1985—1986 гг.

Х.Х. БИДЖИЕВ

Начиная с 1974 г., экспедиция Карачаево-Черкесского научно- исследовательского института проводит планомерное изучение средневековых поселений Карачаево-Черкесии. В 1985 — 1986 гг. экспедиция провела разведки и раскопки в Карачаево-Черкесии, в Краснодарском и Ставропольском краях. Нами были обследо ваны памятники Карачаевского, Малокарачаевского, Зеленчукского (КЧАО), Шпаковского (Ставропольский край) и Новокубанского (Краснодарский край) районов (рис. 1).

Screenshot_2016-05-23-14-11-26

Целью статьи является подведение предварительных итогов ра бот и скорейшее введение новых историко-археологических источников в научный оборот1.

Кяфарское городище

На первом этапе работы основные силы экспедиции были сосредоточены на Кяфарском городище в Карачаево-Черкесии. Это диктовалось неизученностью и интенсивностью разрушения памятника. Я с 1969 года систематически посещал этот интересный археологический комплекс и удивлялся относительно хорошей сохранности различных объектов на его территории.

Вообще, как показали результаты многолетних работ, в горной части области встречается еще немало памятников хорошей сохранности. В качестве примера можно называть крепостные сооружения Амгатинского, Клевцовского, Джалан-Колского городищ и погребальные памятники Индыш-баши, Джанукку и другие. Но лучше, чем где-либо, сохранялись до последнего времени различные объекты в Кяфарском городище. Однако нынешнее состояние его свидетельствует, что памятник интенсивно разрушается. Достаточно сказать, что раньше на городище многим жилым и хозяйственным постройкам не хватало лишь верхнего перекрытия. Особенно хорошо сохранялись оборонительные сооружения и стены построек. Одной из главных причин разрушения является то, что территория городища сплошь заросла буковым лесом. Гус то расположенные большие деревья и их корни активно разрушают и хозяйственные постройки, ибо многие из них растут внутри и на стенах построек. Вследствие названных обстоятельств, было решено в 1985 г. в первую очередь провести работы на этом памят нике.

Памятник располагается в 5-ти км. к югу от поселка Леco- Кяфар Зеленчукского района КЧАО и состоит из двух частей городища и селище. Длина городища составляет — 1260 м., макси мальная ширина — 200 м. Общая площадь более 10 га. (рис. 2).

Селище расположено в долине р. Кяфар и известно в литературе под названием «Кяфарское городище». Городище занимает вершину хребта, вытянутого с севера к югу, и известно под наз ванием «Городище Шпиль». Это единый комплекс, поэтому будет более правильно весь комплекс называть Кяфарское городище. На территории и в окрестности городища расположено несколько могильников, состоявших из дольменообразных склепов, каменных ящиков и гробниц, изучавшихся Е. Д. Фелицыным3, В. А, Кузнецовым4, В. И. Марковиным5. Городище открыто в 1952 г. экспе дицией Пятигорского госпединститута под руководством П. Г. Акритаса и впервые было обследовано В. А. Кузнецовым в 1952— 1953 гг.6 Но имеются и более ранние сведения о памятниках верховьев р. Кяфар. Так, разнообразные памятники оттуда упоминаются на карте, составленной не позже 1840-х гг.7 Древнее укрепление на Кяфаре отмечает в своей карте Е. Д. Фелицин8. О памятниках на Кяфаре писал и анонимный автор военного сборника, изданного в 1860 г. Перечисляя самые разнообразные памятники у аула Сидова, он сообщал: «Вообще в верховьях малодоступного для нас Кяфара находится множество различных статуй и фигур, высеченных на камне, и есть также большое здание, стены которого, по словам туземцев, исписаны надписями и разрисованы изображениями рыцарей, зверей, птиц и рыб»9. Древнюю крепость упоминает в своих мемуарах участник строительства Надеждинского укрепления на р. Кяфар Д. В. Ракович10. Как было отмечено, впервые памятник обстоятельно описал В. А. Кузнецов11. Однако раскопок на городище он не вел.

Screenshot_2016-05-23-14-23-52

В 1985 и 1988 гг. экспедицией института исследованы крепостные, жилые, хозяйственные и культовые постройки. На двух раскопах площадью 658 кв. м. изучены многокамерные постройки, заложены несколько шурфов и снят план памятника (рис. 3).

Памятник, как было отмечено, представляет собой целый археологический комплекс, состоящий из трех частей: городища, селища и могильников (рис. 3). Городище занимает вершину хребта, ограниченного с юга, запада и востока неприступными обрывами. С западной, восточной и северной стороны он ограничен течениями рек Кяфар и Кривой, (рис. 3). Селище располагается у подножья хребта в долине р. Кяфар. Могильники находятся на вершине горы — хребта к югу от него.

Screenshot_2016-05-23-14-12-38

Как было отмечено, хребет, на вершине которого расположена укрепленная часть памятника, хорошо защищен глубокими балками и крутыми склонами скал. (рис. 2). Он постепенно понижается к северу. Здесь (с северной стороны) у подножья горы-останца в долине реки Кяфар располагается селище, заросшее фруктовыми деревьями и буковым лесом (рис. 3). Вследствие легкой доступности постройки селища целиком разобраны. В лесу можно проследить только основания различных каменных построек. Камни из стен построек селища в разное время были разобраны на строительство жилых домов станицы Сторожевой. Путь к вершине останца располагается здесь. С территории селища к городищу ведет тропа по довольно крутому склону останца. С остальных сторон в городище практически попасть нельзя. Только с северной стороны можно попасть на территорию городища. Поэтому оно с северной стороны было укреплено двойной линией крепостных стен. Первая, или внешняя оборонительная стена, прикрывает городище с северной стороны. Она тянется с востока к западу и имеет дугообразную форму (рис. 3). Общая длина ее составляет 430 м. и сооружена из рваного камня — песчаника без раствора. Стена сохранилась плохо, местами разобрана. Но и на наиболее хорошо сохранившихся участках высота стен доходит и сейчас до 1,7 м., ширина — 2,40 — 3,20 м. Выезд был сооружен ближе к западному углу стены и надежно прикрыт выступами стены и естественными преградами. Наиболее хорошо сохранилась вторая оборонительная стена, сооруженная в 300 м. к югу от первой стены. Общая протяженность стены от востока к западу составляет 135 м (рис. 3). Ширина внутрен ней оборонительной стены на сохранившихся участках составляет от 1,40 до 2,70 м. В высоту она сохранилась местами от 2 до 3 м. (рис. 4). Стена имеет внутренний и внешний панцири, и пространство между ними забутовано мелкими камнями. Она сооружена из рваного неотесанного камня-песчаника, (рис. 5). Но он подобран очень аккуратно и поэтому кладка осуществлена довольно квалифицированно (рис. 6,7). В нижней части во многих местах использованы в основном плиты самых различных размеров (рис. 8, 9, 10). Следует отметить как характерную деталь стены то, что наблюдается уменьшение (сужение) ширины стены к верху, т. е. внизу стена шире.

Screenshot_2016-05-23-14-13-06

Screenshot_2016-05-23-14-13-25

Screenshot_2016-05-23-14-13-42

Screenshot_2016-05-23-14-13-48

Screenshot_2016-05-23-14-14-00

Вторая стена, как и первая, поставлена без фундамента (рис. 11). Какие-либо нивелировочные работы перед строительством проведены не были. Строители не пытались заглубить стену или создать для нее протяженное снивелированное ложе, они вели кладку непосредственно по рельефу. Тем не менее она сооружена довольно прочно и квалифицированно, лучшим доказательством чему является прекрасная сохранность ее до сих пор.

Въезд был сооружен в центральной части ее и прочно прикрыт выступами на стене, а также естественными преградами (рис. 3), Он особенно надежно прикрыт с западной стороны скалой, выполняющей функции бастиона. В целом оборонительные стены со оружены очень квалифицированно и надежно прикрывали городище с северной стороны. Камень для оборонительных и других сооружений добывали к северу от городища. Здесь на склоне горы хорошо сохранился древний карьер, где добывали камень, необходимый для строительных работ (рис. 3).

Screenshot_2016-05-23-14-14-20

К югу от второй оборонительной стены располагается основная, застроенная площадь городища. Правда, постройки имеются и между первой и второй оборонительными стенами. Но большинство из них расположено к югу от второй крепостной стены. Здесь находится вершина хребта. Вся его вершина занята постройками. Они, видимо, представляют собой остатки жилых и хозяйственных сооружений. Их стены до сих пор настолько хорошо сохранились, что видны отдельные комнаты, входы и другие элементы конструкции (рис. 12). На многих участках четко прослеживаются улицы, переулки, кварталы. Постройки все сооружены из рваного песчаника без раствора и имеют различные размеры. Есть постройки одно-, двух-, трех-, и четырехкомнатные. Некоторые посторойки имеют еще больше комнат. Постройки обычно вытянуты с севера к югу или с запада к востоку. Размеры их зависят от количества комнат. Встречаются постройки с размерами 23×12; 22×12; 18×10; 15×7 м. и другие.

Screenshot_2016-05-23-14-14-34

Screenshot_2016-05-23-14-14-40

Screenshot_2016-05-23-14-14-55

Стены построек сохранились на высоту до 1 — 1,5м. Толщина стен составляет 0,50—0,80 м. Вход к постройкам сооружен с различных сторон. Встречаются постройки с входом с северной, северо-восточной, западной стороны. Ширина входа колеблется от 0,50 до 0,80 м. Большинство их стандартны и составляют 0,70 м. От дельные комнаты в постройках имеют также различные размеры: 5×4; 5×5; 4,70×8,0; 6×3 м. и т.д.

Screenshot_2016-05-23-14-15-24

Как было сказано, стены построек сложены из рваного камня без раствора, всухую. Многие из них сложены очень грубо. Но встречаются постройки, сооруженные очень хорошо и монументально. Такие постройки преобладают в центральной части городища, ближе к южной части останца. Наиболее монументальной является постройка, состоящая из 12 комнат. Это наиболее хорошо сохранившийся комплекс на городище. Помимо этого, он отличается тем, что камни хорошо подобраны и уложены, (рис. 13). Длина постройки составляет 23 м., ширина — 11,5м., при толщине стен от 0,7 до 1,2 м. Стены постройки сохранились на высоту до 1,5 м. Постройка имеет 5 входов шириной 0,70 м. Четыре из них сооружены на Западной стене, один на северо-восточном углу постройки (рис. 13, 13 а). Она была сооружена тщательно, камни подобраны и уложены хорошо, и, вообще, постройка монументальна по сравнению с другими (рис. 13). Видимо, описываемая постройка принадлежит не рядовому жителю поселения. Можно предположить, что постройка принадлежала представителю феодальной верхушки. В целом место, где расположен этот комплекс, было очень плотно застроено и постройки отличаются монументальностью. Здесь, видимо, находились жилища господствующей знати.

Screenshot_2016-05-23-14-15-39

Помимо того, недалеко от описанного объекта находятся остатки постройки, судя по сохранившейся части, напоминающей остатки христианской церкви (рис. 2). Следовательно, на этом участке находился и религиозный центр поселения (рис. 3).

Вторая постройка, обследованная нами, располагается в 220 м. к югу от въезда второй крепостной стены (рис. 3). Она сохранилась далеко не лучше, чем остальные постройки. И это не самый большой и монументальный комплекс. Он относится к рядовым постройкам городища. На городище имеются постройки, как уже сказали, более монументальные и хорошей сохранности. Описываемый комплекс состоит из пяти комнат. Четыре из них связаны друг с другом. Причем три из них вытянуты с востока к западу. Четвертая комната примыкает к ним с юга. Пятая комната не связана с предыдущими и располагается к востоку от комнаты № 4 (рис. 14). Длина постройки с востока на запад — 19,70 м., ширина (по центру комнаты № 4) — 10,5 м.

Стены постройки выложены из грубого рваного камня без раствора, насухо. Плиты имеют самые различные размеры: 1,20X0,6 м, 1,00X6,0 м, 0,80X0,60 м, 0,60X0,40 м, 0,40X0,40 м, 0,4×0,2 м. и т. д. В нижней части по углам обычно использо ваны большие плиты, строение сооружено без фундамента. Нижние камни постройки покоятся на скале — материке. Стены ее сохранились в высоту от 0,35 до 1 м. (рис. 14). Ширина составляет от 0,40 до 0,60 м. (рис. 15).

Screenshot_2016-05-23-14-16-16

Screenshot_2016-05-23-14-16-22

Комната № 1, расположенная с восточной стороны постройки, имеет размеры (полезная площадь по центру) — 4,60×3,40 м. Вход сооружен на северо-западном углу (рис. 14). Основание его было уложено обработанными каменными плитами. Ширина входа составляет — 0,85 м. (рис. 14). Восточная стена комнаты (она является также восточной стеной постройки) кривая, поэтому северо-восточный угол ее не прямоугольный (рис. 14).

Вторая комната расположена к западу от комнаты № 1 и имеет размеры 6,00×2,80 м., вход и в эту комнату был сооружен на северо-западном углу, с размерами 0,82 м. (рис. 14).

Комната № 3 расположена к западу от комнаты № 2 и имеет размеры (полезная площадь по центру) — 6,30 х 3,50 м. Вход в комнату был сооружен в середине северной стены. Ширина входа 0,70 м. Основание входа уложено обработанными каменными плитами.

Комната № 4 примыкает к комнате № 2 с юга и имеет размеры (полезная площадь по центру) — 5,60×2,30 м. Вход в комнату сооружен с восточной стороны. Ширина входа — 0,48 м. (рис. 14).

Комната № 5 (или постройка № 2) расположена в 3,7 м. к востоку от комнаты № 4, и к югу от комнаты № 1 (рис. 14). Размеры ее по центру — 3×2,4 м. Вход в нее не прослежен (рис. 14). В заключение следует отметить, что пол комнаты № 1 был уложен обработанными каменными плитами. Они лежали на глубине от 1,43 до 1,70 м. ст «о» репера.

Комната № 5 не соединена с другими комнатами, но не вызывает сомнения, что они все составляют одну усадьбу. Северная часть комнаты № 3 продолжена к западу и выходит за рамки постройки. Возможно, тут были какие-то собрания, но без раскопок трудно конкретно что-либо сказать.

Следует отметить, что во время расчистки постройки, в западной части, найден камень с изображением христианского креста. Других находок нет.

Одним из интереснейших объектов Кяфарского городища, на мой взгляд, является скала-останец, расположенная в 35—40 м. к западу от тропинки и в 320 м. к северо-западу от вышеописанной постройки. Останец вытянут с юга к северу и имеет фактически недоступные обрывистые края. Вершина его ровная и расширяется к югу. Длина с юга к северу (по центру) — 42 м. Максимальная ширина (по центру) — 18— 19 м. (16). К вершине останца ведет лестница, высеченная на скале. Она высечена на южном склоне останца и сохранилась хорошо. Всего сохранились 15 ступенек. Их размеры: длина от 0,89 до 1,26 м. ширина — от 0,47 до 0,57 м., высота — от 0,29 до 0,31 м. На вершине останца прослеживаются остатки каменных построек, аналогичных вышеописанным. Но последние сохранились хуже, и каменные плиты разбросаны по всей площади останца. Такая плохая сохранность, по сравнению с другими постройками городища, объясняется тем, что они расположены ближе к населенному пункту, и скала-останец пользуется большой популярностью среди жителей хутора Лесо-Кяфар и станицы Сторожевая. Жители соседних на селенных пунктов часто посещают скалу. Особенно часто бывают здесь дети и подростки, которые на досуге бросают камни с высокой вершины скалы вниз, в долину реки Кяфар, взятые из стенок вышеотмеченных построек.

Screenshot_2016-05-23-14-16-35

На самом западном краю скалы — останца лежит огромная песчаниковая плита длиной — 3,60—3,70 м., максимальной ширины — 2—2,20 м., высоты — 0,45—0,50 м. (рис. 16). Точнее, плита стоит на четырех подложенных под нее камнях (рис. 17). К югу от нее лежит другая плита — чашечный камень, т. е. ближе к западному углу камень сверху имеет ямку, выдолбленную рукой человека (рис. 16).

К югу от скалы — останца располагается другая скала, напоминающая гриб или столб высотой более 10 м. Последняя небольшая по размеру, имеет совершенно отвесные стенки и расположена в 4,7 м. от останца (рис. 16). Возможно, в древности между ними была какая-то связь (рис. 16). В целом скала-останец с отвесными стенками, на вершину которых ведет широкая лестница, огромная плита на четырех ножках и плита с круглой ямой, соседняя «скала-столб», головокружительный обрыв с бурлящим внизу Кяфаром производят очень сильное, таинственное впечатление даже на современного посетителя. Лично у меня эти объекты (совместно с великолепно сохранившимися крепостными и жилыми постройками) при каждом новом посещении вызывают странное, порой труднообъяснимое чувство. Тянется тонкая нить в седую древность, мысленно переносишься в эпоху средневековья, насыщенную бурными событиями. Можно мысленно представить себе, какое воздействие объект производил на средневековое население, все стороны жизни которого были связаны с религиозными представлениями. Возможно, в этом месте находился какой-то культовый центр, как полагает В. А. Кузнецов12, но без раскопок трудно сказать что-либо о них конкрет нее. Стационарные раскопки на этом объекте и других участках городища могут дать в руки археологов очень ценный, и даже неожиданный материал.

Screenshot_2016-05-23-14-16-43

Наконец, надо отметить, что в 60 м. к северу от первой оборонительной стены (от въезда) на восточной обочине тропинки лежит песчаниковая плита с размерами 1,94×1,90 м. На поверхности плиты имеются различные знаки. К сожалению, они сохранились плохо. Но большинство из них напоминает знак в виде креста (рис. 18).

Screenshot_2016-05-23-14-16-49

Во время работы на городище никаких датирующих находок не найдено. Это затрудняет датировку памятника. Можно только отметить, что характер кладки оборонительных стен и других построек не оставляет сомнения в том, что памятник принадлежит к раннему средневековью. Могильники, относящиеся к городищу, были специально исследованы В. А. Кузнецовым и В. И. Марковиным. В. А. Кузнецов суммарно датирует — VIII—XII вв. н.э.13 По мнению В. И. Марковина, дольменообразные склепы городища были сооружены в эпоху бронзы и были использованы средневеко вым населением в XII—XIII вв. как место захоронения знати14. Поскольку эти погребения принадлежат населению, обитавшему на городище, его ориентировочно тоже можно относить к этому времени, не исключая и XIII в.

Поселение к западу от с. Хасаут Греческий.

В 1986 г. была предпринята разведка по долине р. Аксаут. В 10 км к западу от с. Хасаут Греческий на левом берегу реки располагается поселение, отмеченное еще до революции Е. Д. Фелицыным и в 1952 г. Т. М. Минаевой15. Поселение располагается высоко на вершине горного хребта. До сих пор из-за труднодоступности места на поселении хорошо сохранились остатки различных построек. Все они сооружены из рваного камня без раствора. Среди них имеются большие постройки круглой и четырех угольной формы. Они использовались для загона скота, главным образом, мелкого рогатого скота. Имеются постройки меньших размеров четырехугольной формы. Они — остатки жилых по строек. Их размеры: 4×6, 6×7 м., 6×10 м. и др.

К востоку от поселения, на вершине скалы, круто обрывающейся над берегом реки, находятся остатки башни. В настоящее время башня полностью разрушена. Только благодаря описанию Т. М. Минаевой, можно догадываться, что это остатки башни. Башня занимает очень выгодное стратегическое положение и контролирует всю долину реки и подступы к поселению. У подножия хребта, ниже поселения (ближе к руслу реки) располагается могильник. Он, судя по обнаженным погребениям, состоит из каменных ящиков и, возможно, гробниц(?) Здесь нами было доисследовано погребение с богатым инвентарем.

Поселение у аула Красный Карачай

Нами было обследовано поселение, расположенное у истоков р. Аксаут, в окрестности аула Красный Карачай.

В 2-х км к юго-западу от моста в а. Красный Карачай ущелье расширяется. Здесь располагается большая поляна. Поляна в длину (вдоль ущелья) имеет площадь более 1 км и 300—400 м в ширину (между рекой и горным хребтом). В этом месте располагает ся большое средневековое поселение. Общая площадь его состав ляет около 10 га. На территории поселения сохранились остатки построек различных форм и размеров.

Среди них выделяются большие постройки для загона скота, имеющие четырехугольные и круглые формы. Есть многокамерные жилые постройки. Их более 30. Все постройки сооружены из рваного камня без раствора. Стены сохранились в некоторых постройках до 60—70 см , а в отдельных местах до 1,40 м. На территории поселения хорошо прослеживаются улицы, центральная площадь, отдельные кварталы. Для датировки памятника мы не имеем никаких материалов, но его можно отнести к эпохе средневековья. Поселения указанного типа богато представлены в горной части области.

Городище «Кизиловая Балка»

Важным объектом работы экспедиции явилось городище «Кизиловая Балка», расположенное под г. Армавиром на территории третьей бригады колхоза имени В. И. Ленина Новокубанского района Краснодарского края (рис. 19). Оно было открыто разведками Н. В. Анфимова в 1946 году16. В 1970 годы памятник осмотрел также археолог А. В. Гадло, занимавшийся развед ками и изучением средневековых древностей степного Предкавказья17. В последние годы городище, как и другие памятники этого района, находится под наблюдением местного археолога, сотрудника Армавирского городского краеведческого музея Н. И. Навротского.

В 1982 году экспедиция Карачаево-Черкесского научно-исследовательского института провела археологические работы в окрестностях г. Армавира и одним из основных объектов работы явилось указанное городище18.

Н. В. Анфимов и А. В. Гадло рассматривают памятник как селище. Трудно объяснить, почему они этот памятник считают селищем. В действительности он представляет собой хорошо укрепленное естественными и искусственными оборонительными сооружениями довольно крупное раннесредневековое городище. Оно находится между поселком Фортштадт и станицей Прочноокопская, т. е. располагается на северной окраине г. Армавира, на высоком правом берегу Кубани и территория памятника ежегодно распахивается под посев, что приводит к разрушению и интенсивному уничтожению культурного слоя.

Территория памятника хорошо защищена естественными преградами и укреплена земляными оборонительными сооружениями. Так, с севера он надежно защищен труднодоступной и глубокой балкой. На западе и юго-западе края памятника обрываются в долину Кубани. Памятник остается открытым с восточной стороны. С этой стороны его были сооружены глубокий ров и вал, параллельно друг к другу, длиной около 700 метров. Ров и вал, расположенные между балкой и крутым берегом Кубани, плотно закрывают путь к городищу. К сожалению, в юго-восточной части памятника оборонительные сооружения были уничтожены карьером, который функционирует и в настоящее время (рис. 19).

Наличие таких серьезных естественных и искусственных оборонительных сооружений не позволяет сомневаться в том, что мы имеем здесь городище, а не селище. Одной из причин возникновения городища надо считать выгодное географическое положение его на трассе, связывающей Северный Кавказ с Причерноморьем. Помимо этого, в Кизиловой Балке, рядом с памятником, находился источник воды — прекрасный родник, функционирующий и в настоящее время. Наличие питьевой воды в степях — важный фактор не только для средневековья, но и для настоящего времени, ибо до сих пор в этих местах ощущается ее нехватка.

Screenshot_2016-05-23-14-17-14

На территории распашки (распахивается основная часть территории городища) культурные отложения разрушены, плугом выброшены на поверхность и интенсивно уничтожаются. На распаханной части довольно часто встречаются скопления глиняной обмазки, керамики, костей животных. В 1946 году они еще представляли «небольшие холмообразные возвышенности», которые Н. В. Анфимов правильно принял за остатки разрушившихся построек19. После длительной распашки территории, возвышенности не так часто прослеживаются, но до сих пор остатки построек можно проследить. Главными признаками их, как отмечено, были скопления глиняной обмазки с включением золы, фрагментов керамики, костей животных. Помимо этого, участки, где расположены указанные культурные остатки, имеют более розово-темную окраску, чем другие места распашки. Это объясняется тем, что остатки турлучных построек (когда есть куски обожженной глины) плугом были выброшены на поверхность пахоты и интенсивно уничтожаются. По нашим подсчетам, имеется более 25 участков, где зафиксировано скопление культурных отложений. Участки, содержащие включения обожженной глины (об мазки турлука), представляли собой площадки различных размеров.

Раскопки 1982 года позволили установить, что скопления обожженной глины, керамики и костей являются остатками разрушенных турлучных построек20. В 1985 году на городище нами были разбиты два раскопа. Оба они располагались на распашке, так как культурные остатки на ней интенсивно разрушаются.

Раскоп № 221.

Раскоп был разбит в 73 м к северо-востоку от раскопа № 1 (рис. 19). Он также был расположен на участке, где на поверхности земли хорошо наблюдалось скопление фрагментов керамики, костей животных и, особенно, кусков обожженной глины. Поверхность участка имеет более розовую окраску, выделяющуюся от окружающего темного гумусированного поля.

Раскоп был строго ориентирован по линии север-юг, имел размеры 8X8 м. (64 м2). На раскопе была разбита сетка квадратов со сторонами, равными 2 м, и поверхность ее была пронивели рована от «О» репера, установленного на южном углу. Это самая высокая точка раскопа. От юга к северу раскоп постепенно понижается. Культурные напластования имеют следующую структуру. Сверху лежит перепаханный слой толщиной от 0,22 до 0,30 м. (рис. 20). В этом слое довольно часто встречаются фрагменты кухонных горшков, красноглиняных амфор, кувшинов, пифосов. Ниже лежит тонкий не тронутый плугом культурный слой — темная супесь. Толщина его составляет в разных участках раскопа (рис. 21), от 0,18 до 0,30 м. Он насыщен фрагментами керамики. Причем они аналогичны тем фрагментам, которые были зафиксированы на верхнем — перепаханном слое. Довольно часто встречаются куски обожженной глины, кости животных. Ниже лежит материковый слой, без культурных остатков — желтая глина (рис. 22).

Screenshot_2016-05-23-14-17-36

Screenshot_2016-05-23-14-17-50

Screenshot_2016-05-23-14-18-00

На раскопе открыты остатки двух построек.

Постройка № 1 открыта в северо-западной части раскопа, к западу от бровки. Она в плане имеет четырехугольную форму с закругленными углами (рис. 23). Пол земляной, плотно утрамбован. Имеет наклон от юго-запада к северо-западу. Пол постройки от «О» репера ниже на 0,78—0,87 с. По периметру постройки прослежены ямки от кольев. Контуры постройки, в основном, прослеживаются по этим ямкам. Размеры их различные: ширина от 0,05 до 0,10 м., глубина 0,10—0,20 м. Размеры постройки: дли на по линии север-юг (по центру) — 3,90 м., по линии восток-запад (по линии разреза) — 4,06 м., т. е. постройка почти квадратная. Юго-западный угол постройки чуть-чуть расширен. Возможно, здесь находился вход в постройку (рис. 23).

В центральной части постройки (ближе к южной стене) зафик сированы остатки очага. Он представляет собой очаг открытого типа, выложенный камнями различных размеров. В плане имеет овальную форму. По краю лежат более крупные камни, и они находятся выше, чем в середине. Так, камни в середине (где углубление) лежат на глубине 0,88—0,90 м., а камни по краям — на глубине 0,65—0,69 м. от «0» репера. Диаметр очага по линии север-юг (по осевой линии) — 1,0 м., по линии восток-запад (по линии разреза) — 1,10 м. Камни, особенно в центральной части постройки, были значительно прокалены, изредка встречались и угольки. Месторасположение, форма и указанные элементы не оставляют сомнения, что это — очаг. В пользу этого говорят так же и ямки, выявленные с трех сторон постройки. С южной, западной и северной стороны очага открыты ямки от кольев. Видимо, они тоже являются элементами конструкции очага, с помощью кольев подвешивали над ним котел для приготовления пищи.

Screenshot_2016-05-23-14-18-09

Постройка № 2 открыта к востоку от первой постройки. Она по планировке очень близка к первой постройке. Отличается от первой лишь тем, что углы больше закруглены. Нами выявлены контуры постройки с трех сторон. Восточная стена не выявлена, и, видимо, она уходит под борт восточной стены раскопа, т. е. осталась за чертой раскопа. Помимо того, описываемая постройка отличается от первой тем, что внутри нее нам не удалось выявить очаг. Пол постройки земляной, хорошо утрамбован, имеет небольшой наклон с юга к северу. Так, в южной части пол ее находится на глубине 0,65 м. от репера, а к северу на глубине 0,80 м. (рис. 24). Следует также отметить, что внутри постройки в северной, южной и центральной частях открыт ряд ямок, аналогичных тем, которые открыты по периметру. Их назначение не совсем ясно. Можно также отметить, что в центральной части зафиксирована каменная плита, имеющая небольшие размеры. Диаметр постройки по линии север-юг (по линии разреза) —4,20 м. Ямки, прослеженные по периметру, и куски обожженной глины от обмазки позволяют рассматривать этот объект как легкую турлучную постройку.

Следует отметить, что в южной части раскопа открыто до вольно много ямок, расположенных бессистемно, поэтому трудно что-либо сказать о них. Возможно, они также являются остатками каких-то построек. Можно предположить, что легкие турлучные постройки периодически обновлялись на одном и том же месте.

Screenshot_2016-05-23-14-18-22

Раскоп № 3, он расположен в 30 м. к юго-западу от раскопа № 1. И этот раскоп был разбит нами на участки, где хорошо прослеживались скопления керамики, кусков обожженной глины, кости животных (редко), на этом участке, как и на предыдущем, грунт на поверхности имел более розоватую окраску. По опыту предыдущих работ, не вызывало сомнения наличие здесь остатков построек.

Раскоп ориентирован был по сторонам света. На нем была разбита сетка квадратов со сторонами 2 м. Поверхность была пронивелирована от «0» репера, установленного на южном углу. Это самая высокая точка раскопа. От юга к северу поверхность раскопа постепенно понижается, как и вся площадь городища (рис. 25). Общая площадь раскопа 66 м2.

Для изучения стратиграфии раскопа была составлена бровка шириной 0,50 м., которая прошла по центру раскопа (по линии север-юг). Бровка разделила раскоп на два участка. Первый участок расположен к западу от бровки, второй участок — к востоку.

Культурные напластования раскопа аналогичны с предыдущим раскопом по структуре. Сверху лежит перепаханный слой толщиной от 0,20 до 0,42 м. Благодаря пахоте, в этом слое древние культурные отложения давно нарушены, (рис. 26). Большое количество кусков глиняной обмазки лежало на поверхности распашки. В слое найдены также различные фрагменты кухонной, столовой, тарной керамики. Имеются кости мелкого рогатого скота, свиньи.

Ниже лежит слой времени существования поселения, сохранившийся без разрушения. Он очень тонкий и составляет 0,10—0,22 м. на различных участках раскопа. Ниже лежит материковый слой — желтая глина без культурных остатков (рис. 27).

В раскопе открыты остатки трех построек.

Постройка № 1 открыта в южной части раскопа и контуры прослежены благодаря наличию ямок. Судя по ним, постройка имеет круглую форму. Диаметр по линии север-юг — 3 м., по линии восток-запад (по линии разреза)— 3,30 м. (рис. 28). Пол постройки глиняный, хорошо утрамбован. Пол ниже от «О» репера на 0,57 м.

Screenshot_2016-05-23-14-18-49

В центре постройки прослежены остатки очага, представляющего собой овальную яму. Яма была заполнена культурными остатками, содержащими фрагменты керамики, куски угля и золы. Основание и стенки ямы сильно прокалены от огня. Размеры очага: диаметр максимальный по линии восток-запад (по верху) — 0,89 м., глубина — 0,20—0,23 м. На уровне пола и по периметру постройки зафиксированы куски обожженной глины. Помимо этого, внутри жилища найдены обломки керамики, особенно много фрагментов пифоса охристо-кирпичного цвета.

Постройка № 2 открыта в северо-восточной части раскопа. Контуры постройки прослежены по ямкам, которые расположились по периметру ее. Размеры ямок: диаметр 0,05—0,10 см., глубина — 0,10—0,15 м.

В постройке зафиксированы фрагменты горшков, амфор, куски обожженной глины (по периметру), кости животных. Диаметр постройки по линии разреза — 3,58 м. В центре постройки (ближе к юго-восточному углу) выявлен очаг, представляющий собой небольшое углубление.

Screenshot_2016-05-23-14-19-00

Диаметр очага по линии восток-запад (по линии разреза) — 0,60 м., глубина — 0,18 м. Абсолютная глубина основания очага — 1,03 м. (рис. 29). С восточной и западной сторон очага открыты две ямки от кольев.

В заполнении очага найдены куски керамики, угли, зола, куски обожженной от обмазки глины.

Постройка № 3 открыта к западу от постройки № 2. Она аналогична предыдущей постройке. Ее контуры прослеживаются благодаря ямкам, расположенным по периметру ее. В плане постройка имеет круглую форму. Диаметр постройки по линии разреза — 3,19 м. В центре ее располагается очаг. Он в плане овальный и представляет собой небольшую яму. Заполнение его состояло из лозы, углей, фрагментов керамики, кусков обожженной глины. Диаметр очага по линии разреза — 0,62 м., глубина— 0,17—0,18 м. Абсолютная глубина основания очага от «0» репера — 0,92 м. Пол жилища от «0» репера находится на глубине 0,77 м. (рис. 30). Размеры ямок: диаметр 8— 10 см., глубина— 0,10—0,12 м. (рис. 30). Некоторые ямки (редко) имеют глубину до 0,20—0,24 м.

Screenshot_2016-05-23-14-19-17

Screenshot_2016-05-23-14-19-26

Screenshot_2016-05-23-14-19-34

Screenshot_2016-05-23-14-19-41

К югу от описанной постройки зафиксированы остатки двух очагов (в плане раскопа обозначены под №№ 4,5) (рис. 25).

Очаг № 4 расположен в 0,45 м. к югу от постройки № 3. В плане круглый. Диаметр по линии север — юг (по осевой линии) — 0,90 м., глубина — 0,25 м. Абсолютная глубина от «0» репера 0,88 м. В заполнении очага найдены фрагменты кухонных горшков, угольки, зола. Очаг представляет собой яму, углубленную в землю (рис. 25).

Очаг № 5 расположен к востоку от очага № 4. В плане имеет овальную форму. Диаметр по линии разреза — 0,42 м., глубина— 0,18—0,20 м. (рис. 25). Внутри очага найдены обломки горшка, уголь, зола. На дне ямы лежала каменная плита. Абсолютная глубина основания очага от «0» репера — 0,84 м.

К югу и к западу от описанных очагов зафиксированы ямки. Возможно, здесь была постройка, но проследить трудно. Большое количество ямок открыто и в восточной части раскопа. Они просле живаются от южной до северной стен раскопа. Возможно, здесь также было что-то сооружено (изгородь из плетенки?).

Таковы результаты работ на городище. В двух раскопах открыты остатки 5 построек. В постройке № 2 из раскопа 2 очага нет. В остальных постройках открыты очаги, расположенные в центральной части жилища. Все открытые постройки представляют собой остатки легких турлучных сооружений. В пользу этого говорят ямки от кольев, куски обожженной глины. Очаги имеют самую простую конструкцию. Они представляют собой не большое углубление, т. е. открытый очаг. Очаг из постройки № 1 в раскопе 2 был выложен камнями. Обращает на себя внимание очень близкое расположение построек друг к другу. Видимо, они представляют собой жилые и хозяйственные комплексы, т. е. мы имеем дело в каждом раскопе с отдельными дворами или усадьбами.

Во всех раскопах были открыты остатки турлучных построек не случайно. Как выше отмечено, мы специально в пахоте выбирали участки, где имелись скопления кусков глины от турлука, представляющие собой развалины наземных турлучных построек.

Таких развалин мы подсчитали на распашке более 25. Не вызывает сомнения и то, что на памятнике имеются остатки и построек другого типа. В частности, остатки каменных построек. Их, видимо, было особенно много в юго-восточной части памятника. Здесь на пахоте попадаются часто камни-плиты. Они, видимо, остались от стен разрушенных сооружений. В пользу наличия каменных построек свидетельствуют и местные жители. По словам жителей поселка Фортштадт, отсюда брали на строительство домов камень.

Для изучения конструкций рва и вала была заложена траншея в центральной части оборонительной линии городища (рис. 19). Ров в верхней части имел ширину — 8 м., в нижней — 5,8 м. Стенки рва достаточно отвесные. На широком горизонтальном дне легкий слой гумуса толщиной 0,3 м., накопившийся за время активного функционирования рва. Выше лежит сильно гумусированный смешанный слой, образовавшийся после прекращения функционирования рва и городища. В восточной части заполнение рва было уничтожено хозяйственной ямой, выкопанной на этом участке сравнительно поздно. Яма занимала большую часть рва и была завалена мусором (разбитый кирпич, стекло и т.д.). Вал был сооружен из грунта, выбранного из рва. В нижней части насыпи вала лежит супесь, а в верхней — глина (рис. 31). Интересно отметить, что в процессе изучения вала, в центральной части траншеи зафиксированы несколько ямок от кольев. Трудно сказать точно что-либо о их назначении без дополнительных раскопок. Можно только предположить, что вал сверху дополнительно был укреплен плетенкой.

Screenshot_2016-05-23-14-20-09

Городище у с. Пелагиада

Наконец, мы обследовали памятники у с. Пелагиада Шпаковского района Ставропольского края. В окрестностях названного села имеется довольно много памятников различных эпох. Так, к западу от села (местность называется «Шахтерская Балка») есть поселение. В юго-восточной окраине (в местности «Черникова ручей») также расположено поселение указанного типа. По керамике, собранной нами, эти поселения относятся к позднекобанскому и сарматскому времени.

Наибольший интерес представляет городище, расположенное на западной окраине села, около правления зверосовхоза. Это городище мы посещали неоднократно, (рис. 32).

Памятник состоит из двух частей: укрепленной части и селища. Городище расположено на плоской вершине мыса, защищенного с двух сторон глубокими балками. С напольной стороны памятник защищен валом. Вал сооружен из камней и земли. Открытое поселение располагается в долине р. Ташлы. Большая часть территории и селища в настоящее время занята зверо-хозяйством и фермами. Точную границу памятника трудно определить. Но, судя по подъемной керамике, площадь селища более 7—8 га. На территории селища (на территории правления зверо-хозяйства) прослеживаются остатки каменных построек.

В канаве, вырытой на территории селища, прослеживаются куски турлука, уголь, зола, фрагменты керамики. Это разрушенные турлучные постройки. На этой территории собрана разнообразная керамика, которая по всем элементам тождественна посуде, найденной в городище под г. Армавиром.

Screenshot_2016-05-23-14-20-39

Единственным и массовым материалом из последних двух поселений является разнообразная керамика. Она служит датирующим материалом и позволяет в определенной степени определить этническую принадлежность памятника. Собранная здесь керамика относится к одной культуре и одному времени.

Среди керамики больше всего фрагментов кухонных горшков яйцевидной или шарообразной формы, с отогнутым венчиком и плоским дном (рис. 32). Для них характерны темно-серый, кирпично-охристый и черный цвета (рис. 33). Некоторые по тулову имеют линейный, линейно-волнистый, ложно-витой орнамент, ряды отпечатков гребня и т. д.

Горшки указанного типа имеют широкое распространение — от Волги до Дуная. Они богато представлены в памятниках VIII—X вв. Восточной Европы22, в том числе на Северном Кавказе23.

После горшков больше всего встречается фрагментов и ручек красноглиняных амфор VIII—X вв.. н.э. Среди них преобладают фрагменты бороздчатых амфор (рис. 34). Немало также фрагментов амфор с зонами рифления (рис. 34). Они в VIII—X вв. были широко распространены на большой территории: в Таврике, на Нижнем Дону и Приазовье, на Северном Кавказе24 (степные районы). (Рис. 35).

Screenshot_2016-05-23-14-20-51

Screenshot_2016-05-23-14-20-58

Screenshot_2016-05-23-14-21-07

Довольно много также фрагментов столовых кувшинов. Большинство из них на тулове имеют орнамент в виде вертикальных, линейно-волнистых, и сетчатых полос. Все они изготовлены из чистой глины с примесями, хорошо обожжены, черепок в изломе серый, поверхность черная или темно-серая (рис. 36). Кувшины указанного типа хорошо представлены в памятниках Восточной Европы, в том числе Северного Кавказа25. Их тоже можно отнести к VIII—X вв. н. э.

Наконец, в составе керамики хорошо представлены фрагменты и венчики пифосов кирпично-охристого цвета. Это большие сосуды с расширяющимся кверху туловом, отогнутым массивным венчиком и узким дном (рис. 37). Они также характерны для памятников VIII — X вв. н. э.26.

Screenshot_2016-05-23-14-21-15

Screenshot_2016-05-23-14-21-21

Имеются фрагменты корчаг, пифосообразных сосудов, сковородок, мисок, но мало. В целом вся керамика относится к VIII — X вв. н. э. К этому времени нужно отнести и эти поселения. Следует отметить, что в памятниках степных районов отсутствуют котлы с внутренними ушками. Достаточно сказать, что за несколько лет работы на многих поселениях Ставропольского и Краснодарского краев нами не обнаружен ни один фрагмент названной керамики. Правда, их отмечают другие авторы. Они встречаются в синхронных памятниках Карачаево-Черкесии. Например, несколько экземпляров найдено в слое VII — X вв. Хумаринского городища. Такие же ранние экземпляры встречаются в памятниках у аула Красный Восток и в ряде других мест области. Их отмечают в памятниках Ставропольского и Краснодарского краев А. В. Гадло, Н. Охонько и другие. Котлы наиболее богато представлены в памятниках X — XII вв., например, в Рим-горском городище. Но если учесть, что они все же встречаются в памятниках VIII — X вв., то нет, как нам представляется, основания относить их все к X — XII вв. Можно предположить, что производство керамики возникло где-то на рубеже VII — VIII вв., и в VIII — X вв. ее производили мало. Массовое производство было налажено в X — XII вв., как и в других районах Восточной и Центральной Европы. Бытование их в VIII — X вв. позволяет поддержать гипотезу о болгарской принадлежности. Мне представляется, что и котлы X — XII вв. связаны с этим этносом, хотя их могли заимствовать и другие народы.

Итак, все исследованные поселения относятся суммарно к средним векам. Часть из них расположена в степной зоне, другие в горной части Карачаево-Черкесии. Памятники степной зоны по конструкции крепостных, жилых, хозяйственных построек и по облику инвентаря сближаются с болгаро-хазарскими памятниками Северного Кавказа, Подонья, Приазовья и Дунайской Болгарии. Это позволяет исследованные городища и многочисленные селища степного Предкавказья рассматривать как памятники болгар (или болгаро-хазар?) и датировать VIII — X вв. н. э. Эти поселения возникли в VIII в. и принадлежали болгарам орды Батбая, которые в VII в. вошли в Хазарский каганат и после арабских походов широко расселились в степях Северного Кавказа. Начиная с середины VIII в., в состав Хазарии вошла большая часть Северного Кавказа, в том числе территория Карачая и Балкарии. Более того, на территорию Карачаево-Черкесии проникает значительное болгаро-хазарское население, вступившее в тесные этнокультурные контакты с аланами и кавказоязычным населением, завершившиеся образованием нового этноса — карачаевцев и балкарцев. Это подтверждается данными археологии27, топонимики28 и письменными источниками. Так, в письме хазарского кагана Иосифа, написанного в X в. придворному Кордовского халифа Абдаррахмана III еврею Хасдай Ибн-Шафруту, в южной части Хазарии упоминаются топонимы под названием Азур (Агур), Шауна (Шуана) и Ухус-р (Усхур)29. Эти топонимы хорошо локализуются на территории Карачаево-Черкесии и Кабардино-Балкарии. Река и гора под названием Агур бытуют в верховьях р. Кяфара и Теберды30. По справедливому замечанию В. А. Кузнецова, топоним Агур связан с болгарской этнонимикой и в других районах Северного Кавказа не встречается31. Речка и гора Шауна-Шуана расположены недалеко от г. Карачаевска над с. Коста-Хетагурова. В Кабардино-Балкарии имеется гора Усхур и башня Усхур-кала. Интересно отметить сохранение в языках народов Кавказа и топонимике этнонима хазар31. Среди карачаевцев и доныне бытует крылатая поговорка «Ачкъалыгъа базар, ачкъасызгъа хазар», что буквально означает «Денежному базар, безденежному хазар», т. е., тот, кто имеет деньги, может позволить себе поторговать на базаре, кто не имеет, попадает в кабалу (под власть) хазарину.

Остальные исследованные поселения расположены в горной зоне Карачаево-Черкесии и ориентировочно относятся к V III— XIII вв. Крепостные, жилые и погребальные сооружения здесь сооружены обычно из камня и характерны для горного Кавказа эпохи бронзы. Они имеют ближайшую аналогию в памятниках горной зоны Северного Кавказа, в частности в Карачаево-Черкесии. В качестве примера назовем Гилячское, Амгатинское, Адиюхское, Джашырынкалинское, Джаланколское и другие городища Карачаево-Черкесии.

В целом исследования средневековых поселений имеют большую перспективу для изучения истории, культуры и этнической истории средневековых и современных народов Северного Кавказа.


1 В составе экспедиции работали ленинградский археолог Н. П, Соволайнен и московский инженер Ю. В. Старков, выполнившие чертежи и рисунки экспедиции. Пользуюсь случаем выразить им свою благодарность.

2 Биджиев X. X. Кяфарское городище в Карачаево-Черкесии//ХIV «Крупновские чтения по археологии Северного Кавказа (тезисы докладов). Орджоникидзе, 1986, с. 55—56.

3 Фелицын Е. Д. Западно-кавказские дольмены//МАК, IX, М., 1904, с. 85, рис. 39.

4 Кузнецов В. А. Наземные гробницы на реке Кривой в Ставропольском крае//КСИА, 1959, № 76; его же. Средневековые дольменообразные склепы Верхнего Прикубанья//КСИА, 1961, № 85.

5 Марковин В. И. Испун — дома карликов: заметки о дольменах Западного Кавказа.— Краснодар: Краснодарское книжное изд-во, 1985, с. 41—44.

6 Кузнецов В. А. Археологические разведки в Зеленчукском районе, Ставропольского края, 1953 Г.//МИСК.— Ставрополь, 1954. Вып. 6, с. 345—351.

7 Прозрителев Г. И. Древние христианские памятники на Северном Кавказе//СССК, 1906, т. I, с. 8.

8 Археологическая карта Кубанской области. Составил Фелицын Е. Д. М., 1882.

9 А. Д. Г. Очерк горских народов правого крыла Кавказской линии//Военный сборник. СПб., 1880, т. XI, с. 273—324.

10 Ракович Д. В. Тенгинский полк на Кавказе. Тифлис, 1900, с. 340—342.

11 Кузнецов В. А. В верховьях Большого Зеленчука.— М.: Искусство, 1977, с. 83—89.

12 Кузнецов В. А. В верховьях Большого Зеленчука, с. 87—88.

13 Кузнецов В. А. Наземные гробницы на реке Кривой в Ставропольском крае…, с. 89; его же. Средневековые дольменообразные склепы Верхнего Прикубанья…, с. 116.

14 Марковин В. И. Испун — дома карликов…, с. 43—44.

15 Минаева Т. М. К истории алан Верхнего Прикубанья.— Ставрополь: Ставропольское книжное изд-во, 1971, с. 47.

16 Средневековые селища Правобережья р. Кубани (Ставропольское плато)// XII — «Крупновские чтения. Тезисы докладов». М., 1982, с. 63—64.

17 Гадло А. В. Археолого-этнографические исследования 1972 года в западных районах Ставропольского края// МИСК, вып. 14, Ставрополь, 1976, с. 154— 159.

18 Биджиев X. X. Исследование болгарских поселений степного Пред кавказья в 1982— 1983 гг.//Проблемы археологии и исторической этнографии Карачаево-Черкесии. Черкесск, 1985, с. 5— 10.

19 Анфимов Н. В. Средневековые селища Правобережья…, с. 63—64.

20 Биджиев X. X. Исследование болгарских поселений…, с. 10.

21 Раскоп № 1 был исследован в 1982 г. См. указ. работу автора, с. 1 —10.

22 Плетнева С. А. От кочевий к городам.— М.: Наука, 1967, с. 166; Ляпушкин И. И. Карнауховское поселение.//МИА, № 62, т. I, М.— Л., 1958, с. 305, рис. 52, 1, 2.

23 Биджиев X. X. Хумаринское городище. Черкесск, 1982, с. 65, рис. 37.; Гадло А. В. Археолого-этнографические исследования в западных районах Ставропольского края//Материалы по изучению Ставропольского края, вып. 14 Ставрополь, 1976, с. 157.

24 Якобсон А. Л. Средневековая керамика и керамическое производство средневековой Таврики. Л., 1979, с. 30; Плетнева С. А. От кочевий к городам, с. 129; Биджиев X. X. Хумаринское городище, с. 71—73; Ляпушкин И. И. Карнауховское поселение, с. 309.

25 Кузнецов В. А. Аланское племена Северного Кавказа.— М.: Наука, 1972, рис. 24, 27; Плетнева С. А. От кочевий к городам, с. 114— 121; Биджиев X. X. Хумаринское городище…, с. 68—69.

26 Биджиев X. X. Исследование болгарских поселений степного Предкав казья в 1982—1983 гг.//Проблемы археологии и исторической этнографии Карачаево-Черкесии. Черкесск, 1985, с, 5—34.

27 Кузнецов В. А. Надписи Хумаринского городища//СА, 1963, № 1; Алексеева Е. П. Древняя и средневековая история Карачаево-Черкесии.— М.: Наука, 1971, с. 132—133; Биджиев X. X. Хумаринское городище. Черкесск, 1983; его же. Раннесредневековые изваяния Карачаево-Черкесии и сопредельных территорий (к истории проблемы)//Вопросы археологии и традиционной этно графии Карачаево-Черкесии. Черкесск, 1987, с. 27—44; его же. Древние болгары Северного Кавказа//Тюркология—88. Тезисы докладов и сообщений V всесоюзной тюркологической конференции. Фрунзе, 1988, с. 582.

28 Хаджилаев X. М. Очерки Карачаево-балкарской лексикологии.— Черкесск. Ставропольское книжное изд-во, 1970, с. 15—46; Хабичев М. А. К гидронимике Карачая и Балкарии.— Нальчик: Эльбрус, 1982; Кузнецов В. А. Нартский эпос и некоторые вопросы истории осетинского народа,— Орджони кидзе: Ир, 1980, с. 103—107.

29 Коковцев П. К. Еврейско-хазарская переписка в X веке.— Л.: Наука, 1932, с. 101 — 102.

30 Кузнецов В. А. Нартский эпос и некоторые вопросы истории осетинского народа.— Орджоникидзе; Ир, 1980, с. 103.

31 Кузнецов В. А. Нартский эпос…, с. 103 и др.

32 Абаев В. И, Этноним «хазар» в языках Кавказа//ИСОНИИ, т. XXVII. Орджоникидзе, 1968, с. 217.

Вопросы археологии и средневековой истории Карачаево-Черкесии: Сборник научных трудов. Черкесск, 1989. С. 6-46

Вверх