Воскресенье , 22 Октябрь 2017
Вы здесь: Главная | Библиотека | Статьи | История | Русские делопроизводственные материалы XVII века о Балкарии и балкарцах

Русские делопроизводственные материалы XVII века о Балкарии и балкарцах

Русские делопроизводственные материалы XVII века о Балкарии и балкарцах

Е. Г. Муратова

В течение последних десятилетий специалисты указывают на недостаточный уровень источниковедческих исследований как на один из значимых факторов, влияющих на резкие колебания историографических оценок и на разработку наиболее сложных проблем северокавказской истории. В этой связи источниковедческий обзор русских делопроизводственных материалов XVII века, содержащих сведения о Балкарии и балкарцах, представляется актуальной исследовательской задачей.

Со второй половины XVI века в круг держав, заинтересованных в кавказских делах, вступило Российское государство. С этого времени значительно расширился состав источников для изучения истории Северного Кавказа. Фонды Российского архива древних актов, сформировавшиеся на основе «столпов» Посольского приказа, наряду с европейскими и азиатскими делами содержат материалы, связанные с северокавказскими народами. И хотя документы о связях России с Балкарией отдельно не отложились, «балкарская тематика» эпизодически возникала в делопроизводстве российских правительственных учреждений XVII века. о балкарцах имеются фрагментарные свидетельства в делах «Сношения России с Грузией» и «Кабардинских делах». Причем в описях, составленных еще в конце XVIII–начале XIX века, в заголовках дел наличие таких сведений чаще всего никак не отражено. Лишь путем полистного просмотра дел скудные свидетельства о Балкарии и балкарцах XVII в. могут быть выявлены. Следует иметь в виду, что все эти упоминания и сведения относятся к Балкарскому обществу, располагавшемуся в черекском ущелье. В связи с этим в авторском тексте данной статьи термин «Балкария» территориально относится только к черекскому ущелью, а в этносоциальном плане – к Балкарскому обществу.

Самые ранние сведения русских источников о Балкарии и балкарцах содержатся в документах Посольского приказа, относящихся к концу 20-х годов XVII в. еще в первой половине XIX в. часть документов этого учреждения, касающаяся разведки месторождений серебра на Центральном Кавказе, была отослана из Москвы в Петербург академику Гамелю и осталась в его собрании, хранящемся в настоящее время в Санкт-Петербургском отделении Института истории РАн. на основе этих материалов была выполнена работа «описание путешествия на Кавказ, предпринятого в 1628 г. по приказанию царя Михаила Федоровича для отыскания серебряной руды». несколько документов из собрания Гамеля вошло в I том капитального археографического издания 1957 г. «Кабардино-русские отношения». В этих источниках, описывающих район разведки рудных богатств Центрального Кавказа, прямо указывается, что «тем де местом Балкары владеют»1. отписки терских воевод, расспросные речи в Посольском приказе, грамоты, челобитные и другие делопроизводственные материалы позволили исследователям воссоздать отдельные эпизоды социокультурной и этнополитической истории балкарцев начала XVII в.2.

Документы фонда РГАДА «Сношения России с Грузией» получили широкое освещение благодаря публикациям С. А. Белокурова и М. А. Полиевктова3. Материал о русских посольствах в Грузию через территорию горских обществ содержится в так называемых статейных списках. Этот вид делопроизводственной документации представляет собой обширные письменные отчеты послов, в которых они подробно день за днем отмечали свой путь и записывали, как были встречены, приняты, что говорили, на какие вопросы отвечали, а также делали отметки о выполнении данных им поручений. определенный интерес представляют статейные списки посольства 1639–1640 гг. Ф. елчина и П. Захарьева в Дадианскую землю, где в мельчайших подробностях описан путь послов из Кабарды в Грузию через территорию горских обществ. Природные условия горного края произвели неизгладимое впечатление на путешественников: «А в Дидьянскою землю из олегукиной Кабарды путь тесен, горы непроходимые, а конной дороги отнют нет, а пешия ходят з горям. А промеж гребней лежит снег от зачатья свету; каторой год снег идет, и тот себе слоем обледенев и лежит, а которые снеги старые от прежних лет, и те лежат позеленев, аки турской купороской»4. Этот источник широко привлекается исследователями при обсуждении дискуссионного вопроса о локализации балкарского и карачаевского субэтносов в середине XVII в.5. тематически к нему примыкает документ, извлеченный из фонда «Кабардинские дела» и впервые введенный в научный оборот в 1957 г. е. о. Крикуновой и И. М. Павловой. Это – фрагмент отписки терского воеводы кн. И. А. Хилкова в Посольский приказ об участии мурз Казыевой Кабарды в охране посла грузинского царя теймураза, возвращающегося из Москвы, и русского посла Федота елчина к царю Леонтию6.

С точки зрения истории Балкарии несколько более информативно выглядят статейные списки посольства А. И. Иевлева и н. М. толочанова, посетивших Имеретию в 1650–1652 гг.7. Из этих источников становится известно, что первоначально дорогу в Грузию вместе с посланниками имеретинского царя Александра разведал астраханский толмач Иван тезиченок, пройдя в январе 1651 г. намеченный посольством путь через заснеженные кавказские перевалы и прожив два дня в Балкарии. До Балкарии его проводил мурза Зазорука и передал под опеку балкарским мурзам Алибеку, чеполу и Андабулу (дядьке Канбулата черкасского). Последние проводили вестников уже до имеретинских деревень. Посетив царя теймураза, Иван тезиченок той же дорогой вернулся назад. однако из Имеретии они добирались до Балкарии десять дней, «потому что снеги велики». В послании царя таймураза, находившегося в то время в Рачи у своего зятя имеретинского царя Александра, к посланникам царя Алексея Михайловича было написано, чтобы они подождали на тереке до весны. А как дорога откроется, то ехать им необходимо к мурзам Алибеку и Айдабуле (Андабуле) в «Болхары». Именно там теймураз намеревался встретить царевых послов и государеву казну, ссылаясь на то, что далее Балкарии он ехать не может, «потому что не его владение».

Пятнадцатого апреля посольство никифора толочанова и Алексея Иевлева двинулось с терека. С ними отправились и грузинские послы, им в провожатые терские воеводы дали стрелецкого сотника Михаила Молчанова с 50 стрельцами, 60 новокрещеными и 30 окочанами. А Канбулат Пшимахович черкасский прислал двух своих узденей, чтобы проводить посольство до Анзоровой Кабарды. тридцатого апреля, достигнув Анзоровой Кабарды, толочанов и Иевлев послали впереди себя к теймуразу с вестью толмача, которого до «Болхар» провожали балкарские владельцы Хабим (Хабитин) и Бута. Достигнув Балкарии уже на следующий день, толмач пробыл там два дня, а затем двинулся в грузинскую землю. Вслед за ним 17 мая посольство никифора толочанова и Алексея Иевлева также прибыло в Балкарию. В дороге их наряду с кабардинскими мурзами сопровождали балкарские владельцы «Алибек да чаполов с братьею и детьми», а новокрещеные и окочане вернулись назад. Московские послы сообщали, что путь был весьма труден: ночевали в горах, с большим трудом переправлялись через горные реки, навьюченные лошади падали в пропасть, государеву казну Иевлев и толочанов везли на своих лошадях, а сами шли пешком. Источник сообщает, что в Балкарском обществе русских и имеретинских послов балкарские мурзы приняли с честью, разместили по своим домам. При этом московские послы уточнили, что «те мурзы не под государевою рукою, живут сами о себе». такой статус позволил балкарским владельцам просить «государево жалованье» в обмен на обещание проводить послов и государеву казну до Грузии. В отчете о денежных расходах посольства сообщается, что трем балкарским мурзам за оказанные услуги было выдано по три аршина красного сукна, дорогой шелковой ткани и по соболю на 10 рублей. тем временем в Балкарию прибыли гонцы с грамотами от грузинских царей и с ними двести сорок (по другому документу двести семьдесят три) человек, которые пешком должны были переправить послов и государеву казну через горы в Грузию. Первого июня посольство двинулось через снежные перевалы, и до тех мест их вновь провожали балкарские владельцы «Алибек да чеполов с братьями и с детьми; и из под-гор воротились к себе в Болхары».

Выполнив дипломатическую миссию в Грузии, в октябре посольство Иевлева и толочанова возвращалось домой той же дорогой. При этом следует отметить, что Балкария была тем пограничьем, где осуществлялась передача послов что называется «с рук на руки». И там же, в Балкарии, русские послы намеревались встретить и проводить до Москвы внука теймураза, которого тот обещал отправить ко двору московского царя. Дорога через Главный Кавказский хребет тогда представляла значительные трудности для посольств и неизбежно приводила их в тесное соприкосновение с окрестным горским населением. Самым надежным средством обеспечения безопасного проезда в зоне Большого Кавказа был наем проводников. Главной обязанностью проводников, помимо хорошего знания местности, являлось обеспечение неприкосновенности провожаемого лица или посольства, охрана находившихся при путниках материальных ценностей и подыскание ночлега. Институт «проводничества», воспринимавшийся как услуга, компенсируемая жалованием или подарками, играл важную роль в традиционном обществе и способствовал развитию политических контактов.

Подробности о балкарцах, участвовавших в русском посольстве В. жидовинова и Ф. Порошина 1655 г., становятся известны благодаря публикации В. Б. Виноградова, содержащей ссылки на Российский государственный архив древних актов8. Сведения посольской документации хорошо дополняются и проверяются грузинскими источниками, опубликованными в «Переписке на иностранных языках грузинских царей с российскими государями от 1639 по 1770 гг.». на основе этих свидетельств могут быть реконструированы некоторые эпизоды российско-грузино-балкарских отношений XVII в.

Двадцать пятого марта 1655 г. посольство, возглавляемое В. жидовиным и Ф. Порошиным, выехало из терского городка и в начале апреля находилось в Кабарде у мурзы Камбулата Пшемаховича, откуда 14 апреля двинулось в «Болхары». До «Болхарской щели» (черекского ущелья) их провожала мать Камбулата – Бабасупх. там послов приняли «болхарского владельца еидабуловы дети енбулат да тазы да болхарский владелец Ян…» (имя последнего в источнике неразборчиво). они стали проводниками на дальнейшем пути к Главному Кавказскому хребту. через горы посольство провожал енбулат (женбулат), «сын болхарского владельца Айбабула». Посольская документация, согласуясь с имеющимися грузинскими источниками, сообщает, что, перед тем как отправиться в обратный путь, молодой балкарский таубий был крещен в Кутаиси имеретинским царем Александром. Русские послы жидовинов и Порошин были приглашены на торжество и смотрели, как царь Александр крестил «женбулата, сына балкарского владельца Айдарбулова. Послы худо видели сей церковный обряд, по причине отдаления от того места, где совершалось крещение, и многолюдной толпы любопытных»9. Факт крещения члена влиятельной балкарской фамилии имеретинским царем можно расценивать как серьезный политический шаг, рассчитанный на перспективу балкаро-грузинского союза. С этой точки зрения можно говорить о собственном содержании балкаро-грузинских контактов, не всегда зависящем от «русского» и «кабардинского» факторов.

Грузино-балкаро-российские связи прослеживаются и в последующий период: балкарцы не раз оказывали важные услуги грузинским царям, ориентирующимся на Россию. так, осенью 1657 года из Имеретии в Москву собирался выехать гостивший там кахетинский царь теймураз, чтобы просить у России военной помощи в борьбе против шаха Ирана. его путь проходил через Балкарию, где он был принят очень гостеприимно. опасаясь своих недругов, теймураз писал царю Алексею Михайловичу: «Пусть придет войско в Малкари отвести меня в терки, чтобы я не погиб от агарян, и не было бы греха перед богом и перед людьми»10. По письменным источникам известно, что в Балкарии к царскому кортежу теймураза присоединился представитель балкарской владельческой фамилии Артутай Айдабулов, аталык кабардинского князя Камбулата Пшемаховича черкасского. Согласно русским документам, в марте 1658 года царь теймураз с большой свитой, девять тушин (горцы Восточной Грузии) и трое шибутян (чеченцы Аргунского ущелья), а также «балхарский владелец» Артутай Айдабулов «со своим человеком» выехали из Астрахани и 20 июня того же года прибыли в российскую столицу. В посольских делах отразились обстоятельства пребывания в Москве этой миссии. В составе грузинского посольства был представлен ко двору царя Алексея Михайловича сын «балхарского владельца» Артутай Айдаболов. Это одно из самых ранних свидетельств письменных памятников о прямом политическом контакте представителей балкарской знати с русским правительством. Документ опубликован в сборнике «Русско-чеченские отношения», подготовленном е. н. Кушевой.

Пребывание Артутая в Москве очень скупо отражено в русских источниках: известно лишь, что на отпуске грузинского царя теймураза он наряду с другими посланцами Кавказа был богато одарен. В документе говорится: «Пожаловал великий государь царь и великий князь Алексей Михайлович, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержец, подданного своего грузинского царя теймураза Давидовича, и митрополита, и архимарита, и игумнов, и чиновных ево людей, и болхарского, и тушинские, и Шибутцкие земли владельцев, велел им дать своего государева жалованья на отпуске при себе, великом государе… Да при себе же, великом государе, дати своего государева жалованья болхарскому владельцу, да тушинские земли владельцем дву человеком, шибутцкому одному человеку по сороку соболей по 40 рублев человеку, да от казны достальным тушинцом шти человеком и шибутцким дву человеком по сороку соболей по 20 рублев сорок человеку»11. Анализ этого документа позволяет говорить по крайней мере о двух важных моментах. Во-первых, о достаточно высоком политическом статусе балкарского посланца, который был одарен наряду с кахетинским царем (еще в 1639 году присягнувшим на подданство русскому царю) и представителями тушин и шибутян, просивших о принятии жителей тушинской земли и Шибутского джамаата в русское подданство. Во-вторых, документ определяет «владельческий» социальный статус Артутая, в отличие, например, от чеченских посланцев, чьи имена в письме джамаата названы вообще без какого-либо определения12, а в тексте приведенного выше документа им дано обозначение «шибутцкий человек». «Владельческий» социальный статус Артутая обозначает принадлежность его носителя к привилегированной общественной страте и вводит в круг лиц с тем же индексом ранга. В выявленных документах нет свидетельства о том, что Артутай был принят русским царем; во всяком случае, его имя не встречается ни в «Церемониале приема царем Алексеем Михайловичем тушин наума Иванова и Петра наумова и шибутянина Алхана от 21 сентября 1658 года», ни в «Памяти» из Посольского приказа о выдаче деньгами за дорожный корм посланцам кавказских народов, с которыми Артутай прибыл в Москву13. Поэтому говорить о налаживании русско-балкарских дипломатических отношений и о принесении присяги русскому царю от имени балкарцев в середине ХVII века можно лишь гипотетически14. тем не менее отдельные свидетельства о политических контактах позволяют заключить, что отношения Российского государства с балкарской знатью строились на тех же принципах, что и с другими северокавказскими владельцами. Эти отношения обставлялись различными атрибутами феодального этикета – наградами, пожалованиями и знаками отличия.

С середины XVII в. мирные контакты жителей балкарских обществ, как и других народов Северного Кавказа, с русскими осуществлялись через терский город. так, сохранилось случайное известие от 1643 года о пребывании «балхарских кабаков узденя Каспулата» в русском городе терки15.

В конце ХVII века в связи с осложнением внешнеполитической и внутриполитической обстановки в России и Грузии интенсивность контактов России с северокавказскими народами, в том числе и с балкарцами, несколько ослабла. тем не менее в 80–90-х гг. ХVII в. грузинские посольства неоднократно проезжали через Кабарду в терский городок, Астрахань и Москву16. Понятно, что без дружественного содействия балкарцев, занимавших перевальные пути, это вряд ли могло быть возможным. Источники несколько раз упоминают «Басян» или «Балкар, т. е. страну в истоках Малки», где имеретинскому царю Арчилу и его сыновьям в последнем десятилетии ХVII века приходилось искать убежище, скрываясь от северокавказских владетелей, придерживавшихся персидской или крымско-турецкой ориентации. находясь в затруднительных обстоятельствах, 15 апреля 1694 г. Арчил писал терскому воеводе, «что он находится в Балкаре и чтоб его оттуда вывели»17.

Итак, среди делопроизводственных материалов XVII в., отложившихся в российских архивах, сведения о Балкарии и балкарцах встречаются в отдельных документах, как правило случайно обнаруженных в результате археографической обработки крупных источниковых массивов по другим проблемам. Эти единичные источники практически все опубликованы в разных документальных сборниках и широко цитируются в научных исследованиях. они зафиксировали политические, социальные, правовые отношения между балкарскими обществами или отдельными их представителями с соседними народами и Российским государством. однако для полноценного воссоздания истории Балкарии эпохи традиционного общества, как правило, требуется дополнительный ретроспективный анализ источников более позднего происхождения.18

Примечания.

1 Кабардино-русские отношения в XVI–XVIII вв.: док. и материалы. М., 1957. т. 1. С. 111–127.
2 Лавров Л. И. Карачай и Балкария до 30-х годов ХIХ века // Кавк. этногр. сб. М., 1969. Вып. 4; Мизиев И. М. очерки истории и культуры Балкарии и Карачая XIII–XVIII вв. нальчик, 1991; Батчаев В. М. Балкария в XV – начале XIX в. М., 2006; Муратова е. Г. Социально-политическая история Балкарии XVII – начала XX в. нальчик, 2007.
3 Белокуров С. А. Посольство дьяка Федота елчина и священника Павла Захарьева в Дадианскую землю: 1639–1640 // чтения в обществе истории и древностей российских. М., 1887. Кн. 2. С. 257–376; Полиевктов М. А. Посольство стольника толочанова и дьяка Иевлева в Имеретию, 1650–1652. тифлис, 1926; Материалы по истории русско-грузинских взаимоотношений: 1615–1640 / сост. М. А. Полиевктов. тбилиси, 1937.
4 Путешествия русских послов XVI–XVII вв.: статейные списки. М. – Л., 1954. С. 225.
5 Кушева е. н. народы Северного Кавказа и их связи с Россией (вторая половина Научно-теоретический журнал «Научные проблемы гуманитарных исследований» Выпуск 1 — 2011 г. XVI – 30-е гг. ХVII вв.). М., 1963. С. 171; Алексеева е. П. Карачаевцы и балкарцы – древний народ Кавказа. черкесск, 1963. С. 50; Анчабадзе ю. Д., Волкова н. Г. Этническая история Северного Кавказа в XVI–XIX вв. Сер.: народы Кавказа. Кн. 1, вып. 27. М., 1993. С. 43, 89.
6 Крикунова е. о., Павлова И. М. К истории взаимоотношений между Кабардой и другими народами Кавказа в XVII веке // Ученые записки Кабард.-Балк. гос. пед. ин-та. нальчик, 1957. Вып. 13.
7 Статейный список посольства в Имеретию 1650–1652 гг., составленный Алексеем Иевлевым. тбилиси, 1969; Статейный список посла толочанова в Имеретию 1650–1652 гг. тбилиси, 1970.
8 Виноградов В. Б. Балкарцы в русско-кавказских отношениях ХVII века // Вопр. истории. 1985. № 6. С. 176.
9 Переписка на иностранных языках грузинских царей с российскими государями от 1639 по 1770 гг. СПб., 1861. С. 61.
10 Азаматов К. Г., Рехвиашвили И. Истоки уходят в прошлое // Кабард.-Балк. правда. 1982. 18 окт.
11 Русско-чеченские отношения: вторая половина ХVI–ХVII в.: сб. док. М., 1997. С. 194.
12 Кушева е. н., Усманов М. А. К вопросу об общественном строе вайнахов (письмо 1657 г. из Шибутского джамаата царю Алексею Михайловичу) // Сов. этнография. 1978. № 6. С. 99–110.
13 Русско-чеченские отношения… С. 195–196.
14 Азаматов К. Г. К вопросу о русско-балкарских отношениях в XVII в. // Великий октябрь и передовая Россия в исторических судьбах народов Северного Кавказа. Грозный, 1982. С. 275.
15 Кабардино-русские отношения в XVI–XVIII вв. С. 242.
16 Материалы по истории русско-грузинских отношений (80–90-е годы
17 XVII века). тбилиси, 1974. т. 1. С. 6.
18 о грузинском письме царя Арчила к шведскому королю Карлу XII, от 2 февраля 1706 г. и о пребывании Арчила в России академика Броссе // Ученые записки императорской Академии наук по I и III отд. СПб., 1854. т. 2. С. 573.

Настоящая статья опубликована в полном соответствии с публикацией на сайте cyberleninka.ru на правах лицензии Creative Commons Attribution (CC-BY), позволяющей неограниченно использовать произведения при условии указания авторства (текст лицензии — https://creativecommons.org/licenses/by/3.0/legalcode).

На сайте cyberleninka.ru статья опубликована по адресу: http://cyberleninka.ru/article/n/russkie-deloproizvodstvennye-materialy-xvii-veka-o-balkarii-i-balkartsah

Вверх